Начальник розыска сказал Бернсу, что, по мнению начальника оперативного отдела, первое убийство должно стоять первым по очередности расследования; полицейский, расследующий дело, должен быть детективом, который первым получил донесение, когда бы такое ни пришло. Бернс не ведал, когда оно поступило, он просто сказал:

– Да, когда бы оно ни пришло. Спасибо, шеф. – Он повесил трубку, вызвал Кареллу к себе и сказал: – Теперь оно наше. – Он имел в виду не то, что оно на самом деле принадлежало ихкомпетенции (хотя в более широком смысле это было именно так), но что оно было в егокомпетенции – Кареллы. Когда Карелла пересказал это все Левину, тот сказал:

– Желаю удачи. – И в этих двух словах прозвучало огромное облегчение.

Хэл Уиллис вернулся в комнату детективов пять минут спустя – как раз когда замерзший патрульный из Мидтаун-Ист вручал пакет, который обещал передать Левин, впервые разговаривая с Кареллой утром. Уиллис заметил Эйлин на краешке своего стола, улыбнулся и, пританцовывая, направился к ней.

– Значит, прислали тебя? -спросил он, ухмыляясь.

– Вот, прислали от Левина, – сказал Карелла Мейеру.

– А ты что, надеялся, что тебе пришлют Рэйчел Уэлш? – спросила Эйлин.

– Да я не жалуюсь! – хохотнул Уиллис.

– Кто кого изнасиловал на этотраз? – поинтересовалась Эйлин.

– Давайте не будем говорить о грязном в комнате детективов, – вытянул губу Мейер и подмигнул Карелле.

– С виду легкий конвертик, – сказал Карелла, взвешивая на руке желтый конверт из тонкой бумаги.

– Этот? – спросил патрульный.

– Этот, – подтвердил Карелла.

– А где здесь можно выпить чашку кофе? – спросил патрульный.

– Внизу в комнате отдыха кофейный автомат, – ткнул пальцем в пол Карелла.

– У меня нет мелочи. – Патрульный похлопал себя по карманам.